Эссе учителя

рассказ об учителе "Алхимия в линеечку"

Рейтинг
ПлохоОтлично 

«Если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель вовсе не в нашем счастье, а в чем-то более разумном и великом», – сказала Надежда Михайловна и села за учительский стол.
«Как же не хочется сидеть за партой ранней весной! Когда первые теплые лучики то и дело стучат в окно, а солнечные зайчики то тут, то там зовут играть в догонялки.
«Как же хочется сейчас выйти, набрать в легкие побольше воздуха и побежать к речке, зачерпнуть ладошкой еще ледяной воды и каплями разбрызгать ее повсюду, чтобы в воздухе заиграла яркая радуга. Вы когда-нибудь такое видели?» - думала я, пока Валя, которая сидела за соседней партой, не отвлекла меня своим шепотом.
-Может быть, она переехала? – спросила она, повернувшись к нашей парте.
-Ну что ты говоришь! Переехала, и нам не сказала? – возразила Полина.
-Действительно, - прошептала я, - если бы она переехала, то сказала бы нам, и трубку взял бы кто-нибудь другой.
-А что тогда может еще быть? – не унималась Валя.
-Что, что!- наконец мой сосед по парте Васька, решил угомонить наш спор – развели тут птичий базар! Влюбилась она, вот что!
-Влюбилась? – хором повторили мы. Такая идея не могла посетить нашу голову. Наша Надежда Михайловна, и влюбилась!
-Да, а что в этом такого? Все влюбляются. И она тоже. Гуляет вечером в парке, ест мороженое, получает цветы в подарок, всякие конфеты там, пирожные! Весна, как - никак, алхимия, понимаешь!
-Ты что, Васька – усмехнулась я, - какая тебе алхимия? Совсем голову потерял со своим «философским камнем»?
-А ты не смейся! Раз не знаешь, не смейся! – обиделся Васька, – А вот хочешь, я тебе сейчас докажу, а?
-Ну докажи! – съязвила Полина и отвернулась, - тоже мне, профессор!
-Надежда Михайловна! Надежда Михайловна! – неожиданно для нас Васька поднял руку.
-Ты что-то хочешь сказать, Вася?
-Хочу. Только это не по теме вопрос. Можно?
-Вася, не по теме нужно вопросы задавать после урока. А сейчас мы обсуждаем рассказ Толстого «После бала».
-Тогда это по теме. Ведь главный герой влюбился в Вареньку. А это, говорят, алхимия. А что такое алхимия, я не понимаю!
«Я сидела тихо, сжавшись, и поджав губы. Никогда Вася еще не задавал таких сложный вопросов. Неужели Надежда Михайловна ответит ему? Неужели, если он все-таки прав, она расскажет нам о своих чувствах?»
-Алхимия родилась в Средние века, хотя правильнее будет сказать возродилась, поскольку она возникла в глубокой древности. Ко временам Средневековья ее таинственные метафизические знания были почти утрачены, но остались практические указания, рецепты, советы, которые нужно было осуществлять, чтобы они могли стать доказательством ее подлинности и действенности.
Весь класс задумался. Двадцать пять пар детских глаз вожделенно смотрели на нее. Вот она, Надежда Михайловна. Красивая женщина с большими карими глазами. Каштановые волосы мягко спадали на плечи. Тоненькая цепочка с маленькой белой жемчужинкой украшала ее серое платье. Наш любимый учитель - изо дня в день, из урока в урок, она учит нас жизни.
Когда-то один философ сказал: «Учитель - человек, который может делать трудные вещи легкими».
И действительно, помню, когда впервые она пришла в наш класс - целых пять лет назад. Тогда мы были еще совсем детьми, совсем маленькими, подумаешь – пятиклашки! Нам было страшно: перед нами открылась совсем другая школа, пришли совсем новые учителя. У нас в портфелях лежали новые учебники с еще незнакомыми названиями на обложке. Мы сидели в новом классе, тихо, как мышки, за большими партами и изучали красиво выведенную надпись на доске: «Поздравляю Вас с 1 сентября!»
Надежда Михайловна зашла в класс, встала в центре и сказала, улыбнувшись:
-Начнем наш путь к вершине знаний! – ее искренняя радужная улыбка заиграла и отразилась в каждом из нас.
И страх куда-то ушел. И всем стало весело. И как- будто класс улыбнулся, и цветы стали ярче, и надпись заиграла.
В тот день мне показалось, что я знаю Надежду Михайловну много лет! Тогда она дотронулась мягкими руками до моего плеча и сказала, протянув цветной мел:
-Напиши на доске свое любимое слово.
Я встала, подошла к доске и еще совсем не уверенно накарябала: «Учитель».
За эти годы ничего не изменилось. Кажется, даже, будто она стала нам еще ближе, еще роднее. Каждому из нас она стала мудрым наставником, и одновременно сестрой, подругой, а Федя Ермаков, у которого никогда не было родителей, сказал, что она стала ему мамой.
- Целью алхимических экспериментов был поиск того, что могло бы улучшить, ускорить рост, помочь эволюции. Ведь то, что когда-нибудь станет золотом, может быть золотом уже сегодня, поскольку это и есть его истинная суть. А то, что в человеке когда-нибудь станет бессмертным, может быть бессмертным уже сегодня, поскольку это истинная суть человека. То, что когда-нибудь станет совершенным, может быть совершенным уже сейчас. И если есть способ сделать это за минуты, то зачем тратить на это часы? – Надежда Михайловна смотрела в окно.
«О чем она думает? Неужели в ее огромных глазах, всегда веселых и немного задумчивых, сейчас играет тот самый огонь алхимии?
О чем же она думает? О весне? Об огромном старом тополе, который начал цвести?»
Незаметно для себя мои глаза встретились с глазами Надежды Михайловны. Я не смогла отвести свой взгляд: глубина ее глаз меня притягивала.
«Но откуда эта грустинка? Откуда такой тяжелый вздох сейчас был?»
Я стала рассматривать ее, все дальше и дальше уходя от класса, и все глубже и глубже погружаясь в ее душу.
«Что это? Столько комнат! Наверно, это комнаты души. Да, именно так. Вот самая верхняя комната. Такая большая! Да это же наш класс!
Вот Вася Егоров. Его фотография на двери. А что за ней?
Я осторожно открываю дверь и заглядываю внутрь. За этой дверью словно вся Васина жизнь: вот его первый рисунок, вот его первая двойка, вот он веселый катается на велосипеде около школы.
Вот Полина Иванова. Это ее дверь. Вот ее гербарий – самый лучший в классе! Записка, которую Надежда Михайловна отобрала во время урока, и которая так и не дошла до адресата. А вот Полина уже взрослая, работает вожатой в лагере.
Вот дверь Феди Ермакова. Я дергаю за ручку и останавливаюсь: нет, я не хочу вспоминать слезы Феди, когда на его первое выступление в музыкальной школе не пришел никто. Конечно, потом Надежда Михайловна не пропускала ни одного его концерта. Но тогда… тогда, был совсем другой случай. Тогда все было в первый раз.
Я спускаюсь по огромной лестнице вниз. Первая дверь справа со множеством фотографий. Это другие ее классы. Вот ее старые ученики, вот ее первый урок. Совсем молодая девушка! И даже ничуть не изменилась! И у каждого ученика отдельная комната. Надежда Михайловна всех помнит!
Я иду дальше по коридору. Следующая дверь – это ее семья. Сколько же здесь человек! Правильно говорят, что богатство человека - в его семье! Как же богата наша Надежда Михайловна!
Дверь ее мамы – Валентины Петровны. Помню, как однажды Надежда Михайловна заболела, и мы всем классом пришли ее навещать. А тогда на улице стоял лютый мороз, у всех нас щеки были красные, губы не шевелились. В тот вечер нас встретила Валентина Петровна – маленькая женщина с седыми волосами и добрыми глазами. Она угостила нас вкусными пирогами, поставила самовар и напоила ароматным чаем с клубничным вареньем – все было сделано руками...
-Ну что вы! Ну что вы! – замахала руками Валентина Петровна на нашу благодарность за ее угощение, - это все Наденька приготовила! Ей спасибо нужно сказать!
Только тут что-то не так! Не может быть! – подумала я – Валентина Петровна заболела! В больнице лежит! А Надежда Михайловна дежурит всю ночь у ее постели больнице, а утром в школу бежит! Вот почему ее вечерами не бывает дома! А Васька-то чего удумал!
Я тихонько закрываю эту дверь и иду дальше. Вот это ее дочь и сын – Наташа и Павлик. Оба учатся в университете, проходят практику. Наташа будущий учитель, как и мама, а Павлик решил выучиться на врача.
Вот дверь ее мужа – Анатолия Викторовича, но, думаю, туда тоже мне заходить не стоит.
Я спускаюсь еще ниже. Лестница уже не такая широкая, но комнат гораздо больше.
Это комнаты родителей ее учеников. Вот моя дверь – семьи Шевцовых. Вот мой папа, Роман Шевцов. Вот моя мама, Ирина Шевцова. Здесь и воспоминание, как впервые она пришла к нам домой. Тогда я сломала ногу и не могла ходить в школу, а Надежда Михайловна каждый день вечерами занималась со мной, чтобы я не отстала от класса.
Я прохожу дальше по коридору. Здесь множество дверей с разными надписями: «Музыка», «Искусство», «Поэзия», «Проза», «Рассказы», «Басни», «Живопись», «Математика», «Литература». А вот и самая крайняя дверь, она отличается от всех остальных. Это дверь «современности» - «Интернет», «Виртуальная страница», «Вирус», «Медиа урок», «Субкультуры».
Этажом ниже, синяя дверь ведет нас в ее планы по обустройству класса: здесь и новые учебники, и яркие плакаты, и картины знаменитых художников на стенах. А как здесь тепло, уютно, что даже уходить не хочется!
Здесь же сценарий нашего будущего выпускного. Вот сцена, аттестаты, дипломы.
Спускаюсь еще ниже и вижу надписи на стенах – это цитаты мыслителей и ученых. Здесь тоже много дверей. Я знаю, это двери - ее книги. Надежда Михайловна любит писать. Она пишет не только поучительные рассказы для малышей, но и стихотворения, которые нам очень нравятся. Много раз Надежда Михайловна выигрывала в разных конкурсах. Так три раза подряд она становилась «Лучшим учителем года».
Этажом ниже – комнаты ее друзей и подруг. Здесь много дверей – не видно даже конца коридора.
Я смотрю вниз и вижу еще много этажей. Я хочу спуститься ниже, как вдруг чувствую, как что-то толкает меня в локоть.
-Юлька, Юлька, ты чего, заснула что ли! – Васька стал теребить меня за плечи – Сидишь тут как вкопанная!
-Кроме желания надо еще работать ради этого; часто алхимики посвящали всю свою жизнь достижению этих целей. Не стоит думать: «То, что у меня есть, плохо; я подую на руки, и завтра будет лучше», нет, этого недостаточно. Надо создать свою внутреннюю лабораторию. Трансмутация произойдет, и через золото достоинств придет осознание своего бессмертия. Придет знание, что мы были всегда и будем всегда, и не важно, какие у нас будут черты лица, какой голос и размер одежды. – Надежда Михайловна закончила говорить и прозвенел звонок. Ребята стали вставать со своих мест.
Девчонки обернулись к нам.
-Ну что, как тебе алхимия?
Васька нервно пожал плечами.
-Я с этими женщинами совсем запутался. Ничего я понять не могу. Я думал, что алхимия - это колбочки всякие, пинцеты, опыты, пробирки. А здесь, оказывается, целая философия! Целое бессмертие, понимаешь ли!
-Мы-то поняли, только понял ли это Вася-профессор что твориться с Надеждой Михайловной? – Полина улыбнулась.
-Отстань со своими разговорами! Видишь, времени нет! Пойду алхимию глубже изучать – выпалил Васька и убежал.
То ли от разговора убежал, то ли действительно, наукой заинтересовался.
-Ну что ты думаешь? – спросила меня Валя.
-Что думаю? Мама у нее болеет, Валентина Петровна! В больнице лежит! Вот и нет Надежды Михайловны по вечерам – дежурит в больнице!
-А Вася сразу: влюбилась, влюбилась! Вот тебе и «неалхимия»!
-Ну почему же – возразила я, - самая что ни на есть алхимия. Каждый человек — это башня со множеством комнат и этажей. В душе каждого из нас есть своя внутренняя лаборатория, в каждом живет алхимик. Только у нас школьная алхимия. А точнее «Алхимия в линеечку»!
-Юлька закрутила! – заохали девчонки.
Мы встали и подошли к Надежде Михайловне. Она по-доброму посмотрела на нас и все так же улыбнулась.
-Надежда Михайловна, - начала я, - мы бы хотели вам помочь…
А на следующий день я открыла дневник и на чистом листе записала гениальные слова великого ученого Дистервега:
«Самым важным явлением в школе, самым поучительным предметом, самым живым примером для ученика является сам учитель»
Кто знает, может быть когда-нибудь я смогу стать примером для ученика, так же, каким есть для нас Надежда Михайловна.